жк днепропетровская 37 студия 3.3

Актуальное

Дом с креативом

Успех на рынке – своя позиция

Сергей ЧОБАН, наиболее успешный русский архитектор-петербуржец на Западе, имеет собственные бюро в Москве, в Берлине с филиалами в Гамбурге и Дрездене и несколько реализованных проектов в России, в том числе в Санкт-Петербурге.

– Хорошая архитектура – это и есть лучший маркетинг для объекта. Это было всегда, и всегда был рынок. Понравиться с проектом Леониду Ильичу Брежневу – это тоже был рынок. Только он был другим. Сегодня мы нравимся нашим арендаторам, заказчикам, людям, которые покупают квартиры, и так далее.

Чем продуманнее собственная позиция архитектора, чем она самостоятельнее (не эгоистичнее, а самостоятельнее с точки зрения философской позиции архитектора), тем проще вхождение проектов в рынок. Нужна собственная позиция, основанная на опыте рынка, дающая оригинальный ответ на его вопросы.

Мы делали проект «Лонгензипен» на Каменноостровском проспекте. Там структура здания, лифты, которые являются очень открытым элементом, соединяют два здания – новое и старое, воспринималась как нечто экспериментальное. Сегодня мы понимаем, что это один из знаковых объектов Петербурга, воспринятых рынком. Рынок впитывает всё новое, всё прогрессивное, потому что имидж, с которым арендатор приходит в новое здание, это имидж здания. Если у здания нет истории и нет современной позиции, то имидж для арендатора в таком случае найти очень сложно.

Франческо Фреса, итальянский архитектор, владелец бюро Francesco Fresa.partneer:

– Существуют разные подходы к архитектуре: математический и финансовый, наконец, спекулятивный. Иногда последний может преобладать. Это приводит к тому, что архитекторы не высказывают свои лучшие идеи, а предлагают стандартные коробки, которые в какой-то мере устраивают заказчика. Но я вижу, что архитектура в России сегодня динамично развивается. Политика страны и города может послужить толчком для возникновения хороших урбанистических проектов. Архитектура – это процесс трансформаций, который может привести к изменению городов в ту или иную сторону. Качество архитектуры обеспечивают правила этой трансформации. Примером может служить Испания, архитектура которой сегодня одна из ведущих в мире. После диктатуры Франко она прошла через бум архитектурного развития. Там работа архитекторов в группах была поддержана застройщиками и соответствующей политикой развития городов. Германия тоже является хорошим примером.

Мне представляется, что не архитекторы должны думать о комплексной концепции развития здания, а прежде всего заказчики. Важно ориентироваться на местные условия, на время, на окружающую среду. Архитектура всегда должна быть в культурном и эмоциональном контексте конкретной местности, тогда она будет успешной. Это будет определять стиль в современном мире.

Уайтхед Нил, английский архитектор, генеральный директор Stuff International:

– В России очень много красивых зданий, но в вашей коммерческой архитектуре очень много логики, математики, мало используется креативный подход, я думаю, что здания, которые строятся здесь в настоящее время, проработают короткий период. Их необходимо будет перестраивать.

Между искусством и конъюнктурой

Юрий Борисов, управляющий партнер группы компаний «АйБи ГРУПП»:

– Успешные архитекторы имеют свой стиль, независимый от архитектурного контекста территорий, культурных традиций страны, где воплощены идеи. Чтобы критиковать современную архитектуру, заказчику нужно иметь хотя бы минимальный багаж знаний о ней. В мастерской Норманна Фостера работает наш соотечественник. Он считает, что в Англии архитектор в первую очередь работает на общество, а в России – на заказчика. Я часто с горечью и с иронией вспоминаю фразу «Кто платит, тот и заказывает музыку».

Сегодня распространена практика, когда крупный застройщик диктует свою волю карманным архитекторам, своим проектным бюро, которые, по сути, не чувствуют никакой ответственности за то, что они делают.

Есть триада: архитектор, дизайнер, декоратор. Родство, которое существовало между ними, сегодня уже не соответствует реалиям. Очень часто работа архитектора заканчивается на фасаде, согласовании этих фасадов и высотного регламента в соответствующих органах. А всё, что за этим фасадом и рядом с этим фасадом, это уже, по мнению архитекторов, прерогатива дизайнеров. Мне кажется, что отсутствие комплексного понимания своих задач у архитекторов, которые работают в России, приводит к тому, что мы получаем морально устаревший продукт.

Екатерина Гуртовая, директор по оценке и разработке концепций холдинга RBI:

– У нас зачастую при реализации проекта с архитекторами возникают проблемы во взаимодействии.

Задача заказчика – получить максимум площадей, фантастическую архитектуру и дешевые решения самих фасадов. Архитекторы воспринимают эту задачу как невозможную. И достаточно долгое время проходит, прежде чем будет выявлен некий баланс возможностей между реализацией проекта и амбициями архитектора.

У нашей компании есть практика просчета проекта. Подобных опытных заказчиков архитекторы не любят, потому что они ограничивают затратную часть проекта, пытаются влиять и на архитектуру в том числе, практически заставляя архитектора переделывать дорогие решения. Наши ТЗ выглядят как научный трактат из 40 страниц, в котором указаны материалы, которые можно использовать. Есть серьезная разница в подходах к заказчику у западных и российских архитекторов. Первые зачастую с большим удовольствием и без каких-либо пререканий идут навстречу заданиям заказчика.

Воспитание заказчика

Николай Пашков, директор по профессиональной деятельности Knight Frank:

– Залог успешности проекта, его практической реализации – грамотная организация его функциональной концепции, планировки, хорошо подготовленное ТЗ. Типичен случай, когда девелопер вместе с архитектором разрабатывают некую красивую концепцию, согласовывают ее на Градсовете. А затем заказчик задает себе вопрос: а что, собственно, внутри будет – торговый центр, гостиница, жилой дом?

Или делается мастер-план освоения 27 га территории с неплохими зданиями, дворами. Но эти здания представляют собой некую абстракцию, без функционального назначения. И когда проект сделан, мы начинаем мучительно распределять по этим зданиям жилье, офисы и коммерцию. А проект большой, сотни тысяч кв. м, 8 лет на реализацию. И от баланса площадей зависит экономическая успешность проекта, его целесообразность. Иногда проект уже строится, а часть зданий всё еще не имеет функциональной ориентированности. Чтобы что-то поменять, нужно сделать 2–4 шага назад. Это тупик для застройщика. Конфигурация зданий такова, что не позволяет вместить что-то продаваемое.

Сейчас многие архитекторы сами отправляют заказчика к консультанту, чтобы он написал задание, и иначе работать не соглашаются.

Записала Наталия Ловецкая

Другие материалы по теме

X