Актуальное
160_600_Поплавок_уши_Строим_добро

Перевод традиции в пространство: о принципах строительства городов

Массовая жилая застройка может обладать и красотой и индивидуальностью, если следовать проверенным временем принципам строительства городов. Это стремится доказать на практике архитектор и историк архитектуры Максим Атаянц.

Максим Атаянц
Максим Атаянц
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

– Вопрос к историку архитектуры: римские инсулы отличались друг от друга по своему облику?

– Как известно, Нерон издал несколько очень разумных распоряжений о регулировании массовой застройки. В частности, жестко ограничил высоту домов в Риме пятью этажами. Желающие «выгнать» максимум плотности и этажности при дороговизне земли находились всегда.

Социальная стратификация шла по вертикали. Первые два этажа были «барские», чем выше – тем беднее, и на чердаке селился какой-нибудь римский Раскольников.

Несмотря на скученность, шум, пожароопасность и отсутствие водопровода, инсула была устроена правильно – как квартал с внутренним двором, лавками и другими коммерческими пространствами на первом уровне. Массового индустриального производства домокомплектов Рим не знал, поэтому дома были схожи по типологии, но при этом внешне чуть-чуть разные.

– Римляне уже понимали, что город не просто дома и улицы, но и определенная среда?

– Они понимали это лучше, чем мы сейчас. Перед ними стояла задача массового строительства новых городов. Это не так часто в истории случается и всегда с интересным результатом.

Для Рима архитектура и градостроительство были одними из главных инструментов имперской пропаганды, он так обозначал свое присутствие на территории. Римский город, если он возникал не на месте уже сложившегося поселения, воспроизводил регулярную планировку римского лагеря с перпендикулярно пересекающимися улицами. Возникала абсолютно ясная структура города, отличающая его от провинции. В ландшафтах с особыми условиями римляне тонко изменяли сетку применительно к местности. Часто тротуары вдоль улиц затенялись колоннадами. Площади, разные по размеру и назначению, служили суставами в этом скелете. Общественные здания: бани, библиотеки, форум, храмы, рынки, театр, арена – складывались в четкий набор маркеров. Человек, попадая с одного конца империи на другой, понимал, на что может рассчитывать и в какой цивилизации находится.

Римский город
Застройка традиционного римского города

У римлян не было свойственного нам рыхлого перехода от города к сельской местности. У них городская граница была священна. В республиканское время присоединить новую территорию к городу разрешалось, только если Рим завоевывал новые земли. Была особая церемония: на быках плугом пропахивали новую границу, вынимая плуг там, где должны были появиться ворота.

– Традиционная архитектура хороша для публичных зданий, она придает им общественный и административный пафос. Зачем она в жилой застройке?

– В XX веке из градостроительства сознательно был полностью исключен художественный элемент. Им стали ведать социологи, специалисты по демографии и транспорту, санитарные врачи.

Действительно, чтобы спланировать жизнь города на 500 000 жителей, нужен набор сложных технологий. Но когда жилье соотнесено с местами приложения труда, обеспечены транспортные связи, территория нарезана на кварталы, ни у одного из перечисленных специалистов не оказывается инструментария, чтобы расставить дома.

Сделать среду – сложнейшая художественная задача. Чтобы у человека возникало разное настроение в разных точках пространства, ему было бы интересно перемещаться, перед ним открывались бы разные панорамы и перспективы, менялась пластика застройки. Тогда появляются любимые и нелюбимые уголки, и человек начинает идентифицировать себя с местом. В советское время решения этой задачи были переложены с архитекторов на инженеров по промышленному и гражданскому строительству. Поэтому дома строились с одинаковыми фасадами. В лучшем случае горизонтальные коробочки домов чередовались с вертикальными, образуя ритм застройки.

Когда в этой же модернистской парадигме начинает работать одаренный архитектор, который делает потрясающие здания, это не спасает. Даже великолепно сделанное модернистское здание не образует городской ткани. Если архитектура – застывшая музыка, то музей в Бильбао – застывшая атональная музыка. Застывший «взрыв». Рядом – еще один «взрыв», и еще. А вместе что?

Перспектива
Созданию перспектив служат и арки. Их много, и мы работали над тем, чтобы они были сомасштабны человеку

Во второй половине XX века такие проблемы возникли повсюду в Европе, где послевоенное строительство сразу велось в модернистском ключе. Что и привело к появлению урбанистов – людей, которые пытаются приспособить пространство современного города для жизни. Городу традиционному это не нужно. Поясню, в массовой застройке традиционная архитектура нужна, чтобы выросло поколение, которое не поймет, почему смешны первые кадры «Иронии судьбы». Человека надо убедить, что за понятные деньги он может требовать красивого и разнообразного жилья.

– Тем, кто приезжает из регионов, высотки в Девяткино или на Юго-Западе не кажутся чем-то ужасным. Вы спроектировали миллионы квадратных метров жилья и знаете, чего на самом деле хочет массовый покупатель.

– Мне нравится думать и говорить не о метрах, а о том, что около 24 000 человек живут в домах, которые мы нарисовали. Человек едет за красотой в центр, а свой район пробегает с закрытыми глазами, чтобы спрятаться от других за железной дверью. Это возвращение к архаическим представлениям о райском саде за стеной, но и реакция на избыточную советскую социализацию, когда люди были лишены личного пространства.

Мы беремся это изменить. Делаем переход от приватного к общественному плавным, разбиваем на множество степеней. Крайняя степень приватности, нулевая точка отсчета – это спальня внутри квартиры. В гостиную и кухню уже приглашают гостей. Есть общее пространство парадной – с лестницами и лифтовыми холлами. Дальше двор – место, которое мы делим с ограниченным числом людей, жилая улица, торговая улица.

– Торговые улицы стали проектировать совсем недавно…

– Да, потому что для этого необходим достаточно большой проект. Торговая улица требует пешеходного трафика, в проекте на 3000 жителей он не возникает в достаточном количестве. Мы спроектировали торговую улицу в жилом районе Лайково, который в три-пять раз больше того, что мы делали раньше для Подмосковья.

Возвращаясь к иерархии частного и публичного: должна быть главная улица, по которой движется транспорт, городская площадь, где могут проходить манифестации или карнавалы, рынок и парк для отдыха. В этом случае человек себя понятным образом чувствует и ощущает характер места, которое чем-то отличается от других.

Квартал
Сделать среду – сложнейшая художественная задача. Чтобы у человека возникало разное настроение в разных точках пространства

Для меня как архитектора было важно понять, а как живут кварталы, заселенные шесть-семь лет назад. Я попросил заказчика позаниматься этим. Оказалось, что происходят невиданные вещи. Люди стали обустраивать парадные: кто-то выставил цветы, кто-то поставил кресло. Дальше – больше: проводят конкурсы на самые красивые цветы на балконе, на первых этажах – живая коммерция. Везде жизнь.

– Квартиры с террасами, палисадниками – это попытка создать еще одну ступень «полуприватности»?

– Если друг к другу вплотную примыкают дома разной этажности, сделать выход из квартиры на крышу соседнего дома – вопрос простой логики, которая позволяет девелоперу предложить так называемые квартиры редкого формата. Так же как и квартиры на мосту с видами на канал – идея не то чтобы новая, но вполне удачная.

– Большинство ваших жилых проектов создано по заказу Urban Group. Это потому, что ваши фасады и планировки успешно капитализируют их продукт? Или просто личные симпатии?

– В проекте «Лайково» 1,5 млн кв. м, больше 70 млрд рублей инвестиций. Разве при таком бюджете что-то значат личные симпатии девелопера к архитектору?

Владельцы Urban Group первыми сделали ставку на современную классическую архитектуру. От архитектора это требует умения не только рисовать красивые фасады, но и делать это в экономике, договариваться с заказчиком. А «Лайково», над которым мы сейчас работаем, на порядок усложняет задачу. Нам предстоит создать город на 30 000 жителей с определенной идентичностью и традиционной тканью. Для этого приходится использовать всю палитру старых, проверенных временем принципов и подходов.

В этом проекте есть «ворота», есть городская стена, отделяющая дома от дороги. Она вполне функциональна – это многоуровневые паркинги, которые со стороны кварталов выглядят как парковые террасы. Граница с деревней Лайково четкая, но неконтрастная. На линию, по которой жилой комплекс граничит с частной застройкой, вынесены детские сады, школьный кластер, таунхаусы. Нам удалось развести транспортные и пешеходные потоки на разные уровни, так что город можно пройти насквозь, не пересекая проезжей части.

– Это добавляет стоимости проекту. А там еще два озера, искусственный канал, остров со зданием мэрии…

– Да, вода формирует прогулочные пространства, отражает фасады, создает перспективы. Набережные связывают 19 мостов, их облик не повторяется. При этом пять из них – пешеходные, а в арке одного из них разместятся видовые квартиры, идея которых навеяна Понте-Веккьо во Флоренции.

Созданию перспектив служат и арки. Их много, и мы работали над тем, чтобы они были сомасштабны человеку, в отличие от тех гигантских арок, которые мы видим на Московском проспекте в Петербурге, а во-вторых, открывали новые ракурсы и создавали интригу, желание пройти сквозь них.

– Массовое жилье вне типовой застройки – как срастается экономика?

– Нетиповая застройка не исключает применения типовых (для этого проекта) решений. Несколько вариантов карнизов, балконов, эркеров, оконные проемы разнообразной формы смешиваются в разных сочетаниях. Добавьте разную высоту цоколей, отделку рустом или декоративной штукатуркой, разный цвет кирпича. В «Лайково» пять районов, у каждого своя колористическая схема и свои фишки. При этом мы вполне попадаем в заданные девелопером ценовые параметры.

– А церковь? В традиционном городе улицы выводили к храму, он «стягивал» к себе пространство.

– Мы с заказчиком решили, что церковь не должна быть навязанной идеей. Самое лучшее, когда храм строится методом краудфандинга, на средства, собранные общиной. Мы отвели в «Лайково» место под храм на тот случай, если это произойдет.

Наталья Андропова

Похожие сообщения

X