жк днепропетровская 37

Актуальное
Поплавок_160_600_правый

Инструмент промышленного развития (преимущества кластерной концепции развития перед отраслевой — обзор)

В региональных программах перспективы инновационного развития идут рука об руку с кластерной политикой. Но достаточно ли сформировать кластер, чтобы гарантировать инновационный рост?

География инноваций

– Инновация в западном понимании – это передача знаний, – поясняет исполнительный директор Института региональных инновационных систем Антон Колошин. – Идеи, лежащие в основе инноваций, исходят из многих источников и разных стадий исследований, разработок, передачи знаний, обучения или рыночного спроса.

Генерация, распространение и применение знаний – это цепочка передачи информации, которая гораздо эффективнее работает на региональном уровне, чем на отраслевом.

Региональный подход – далеко не единственный вариант формирования инновационной экономики, хотя именно он показал наибольшую эффективность: на региональном уровне проще установить информационный обмен между наукой, бизнесом и государственным управлением.

– Кластерная система не является отраслевой, – подчеркивает Антон Колошин. – В Финляндии кластеры начинали строить еще в 1980-х годах. Их сегодняшнее состояние – это результат длительного и сложного процесса кластеризации. «Форд» пришел в Россию пять лет назад, а ростки автомобильного кластера с привлечением смежников и науки начали прорастать только сейчас.

Инновации родом из кластеров

– В отличие от холдинга и кооперационной системы кластер объединяет предприятия на основании долгосрочной научной и инновационной программы, – поясняет Сергей Цыбуков, генеральный директор НПО по переработке пластмасс им. «Комсомольской правды». – То есть все звенья системы согласовывают свои НИОКРы и бизнес-процессы, исходя из будущих результатов. Это невозможно сделать, не опираясь на будущий инновационный продукт. Нет смысла вкладывать в науку, если речь идет о стандартном или даже улучшенном продукте. Улучшение параметров, уменьшение себестоимости – эти задачи решаются кооперационной сетью. Кооперационные связи редко учитывают долгосрочное сотрудничество, но основным критерием является не инновационный продукт, а цена.

Успешным примером кластерной политики можно считать партнерство государства и бизнеса во Франции, где сотни кластеров действуют на региональном уровне и десятки – на национальном.

Критерии государственно-частного партнерства закрепляют за государством обеспечение кадрами и инфраструктурой, за предпринимателями – бизнес-план и разработанный продукт. Результатом такого сотрудничества является Airbus, где задействованы 15 тыс. предприятий, имущественно не связанных между собой.

– Чтобы сформировался кластер, нужна инициатива сверху, со стороны государства, и снизу – от предприятий, – подытоживает Сергей Цыбуков. – Если сегодня основным заказчиком на рынке выступает государство, то инноваторам нужна гарантия на закупку их продукта, но 94-ФЗ этого не разрешает. Какой же смысл предприятию генерировать инициативу, если для инноваций нет рынка?

– Созданы действующие кластеры или нет, развиваются протокластеры и сетевые структуры или нет – это спорные вопросы, – говорит Антон Колошин. – Но есть инновационные технологические задачи, при решении которых уже применяется кластерный подход. Общеизвестно, что кластерные и сетевые структуры генерируют больше инноваций. Например, сегодня полимерный технопарк начал поставки инновационных технологий для Водоканала. Таким образом, есть крупный потребитель, есть компании, каждая из которых использует свои ключевые компетенции, и есть методика управления, которая позволяет директорам договариваться о развитии проекта. То есть создана оптимальная для генерирования инноваций сетевая (или кластерная) структура.

Ключевые компетенции

Чтобы выдержать инновационную конкуренцию, компаниям приходится концентрировать свои ресурсы и фокусироваться на тех областях знаний и производства, в которых они являются лидерами, полагают в Институте региональных инновационных систем. В то же время они должны избавиться от компетенций, в которых отстают, и оставить их более специализированным конкурентам. Это подразумевает работу компаний в открытой модели, когда деятельность предприятий не замыкается на один кластер.

– Система принятия решений в кластере в принципе отличается от принятия решений в иерархической системе холдинга, – рассказывает Антон Колошин. – В кластере десятки финансово независимых предприятий должны договариваться о долгосрочной научно-исследовательской и производственной программе. При этом компании могут работать и с внешними заказами.

Кластер концентрирует ключевые компетенции участников. При этом спрос на компетенции зависит от требований заказчика. Поэтому кластеры не только открытая, но и очень гибкая структура. Иногда она формируется под конкретный проект или задачу и не обязательно может получить дальнейшее развитие.

– В инициированном международном проекте по созданию изделий с использованием светодиодов наши компании задействованы в 70% всех процессов, потому что их ключевые компетенции оказались востребованными. Именно так создаются кластерные проекты, – говорит Сергей Цыбуков. – Другое дело, что для создания и развития полноценных инновационных кластеров нужны единая технологическая платформа, эффективная система взаимодействия как между предприятиями – участниками кластера, так и со сторонними организациями, в первую очередь – научными и образовательными. Иными словами, необходима продуманная региональная инновационная политика.

Сейчас у нас появился уникальный шанс сформировать новую концепцию развития промышленности региона, создать новые законы, реформировать региональные органы – не только чиновничьи, но и общественные. Тогда можно будет рассчитывать на инновационный прорыв.

Татьяна Рейтер

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Фридрих Вильгельм Вагнер, руководитель международного департамента Министерства экономики, строительства и энергетики

(Северный Рейн-Вестфалия, Германия):

– В Северном Рейне-Вестфалии насчитывается 750 тысяч малых и средних предприятий, при этом показатели ВВП лидируют по сравнению с другими федеральными землями и выше, чем в Турции, Индонезии и Швейцарии. Опираясь на сложившиеся отрасли экономики (пищевая промышленность, машиностроение и др.), мы ищем новые рынки и возможности в области биотехнологий, здравоохранения, нано- и микротехнологий, IT и телекоммуникаций.

Мы хотим достичь конкурентности в этих сферах с помощью кластерной стратегии, которая осуществляется министерствами и руководством земли.

Создан координационный орган, который руководит работой всех кластеров земли. Кластеры занимаются вопросами здравоохранения, транспорта, логистики, энергетики.

Их задача – стратегическое функционирование, инициирование межнациональных проектов и поддержка перспективных отраслей. Это означает, что кластеры должны подвести предприятия к новым рынкам.

Один из кластерных проектов – создание электромобилей. В Германии выделены 7 регионов, в которых будут заниматься их разработкой, производством и внедрением. Планируется, что к 2020 году на дорогах страны появится около миллиона электромобилей, в том числе 250 тысяч – в Северном Рейне-Вестфалии. Наша задача заключается в том, чтобы создать цепочку по их производству. Над этой задачей работают несколько кластеров.

Кластерные структуры дают импульс для экономического развития общества, используя передовой опыт и знания. В кластерах размещаются предприятия крупного, малого и среднего бизнеса, высшие школы, научно-исследовательские организации, институты экспертов.

Работа руководства кластеров оплачивается за счет бюджета.

Для распределения средств поддержки организованы конкурсы. Качество предложений оценивается внешним жюри из представителей экономических и научных кругов. На первый план обычно выходят кросс-инновации, то есть проекты, в которых участвуют различные кластеры. Кроме того, мы получили поддержку от Европейского фонда в размере 2,5 млн евро до 2013 года.

Михаэль Полански, директор департамента Агентства развития предпринимательства (Польша):

– В Польше насчитывается около 1,7 млн предпринимателей, и эти компании оказались достаточно инновационными, чтобы пережить последний кризис.

Однако у государства никогда не будет достаточно средств, чтобы поддерживать инновационную политику. Она определяется инвесторами и предпринимателями, нацеленными на инновационные технологии. Но если нет финансовых ресурсов, никакая госполитика поддержки бизнеса работать не будет.

Ежегодно приток зарубежных инвестиций составляет 8 млрд евро. Кроме того, в 2007–2013 годах Евросоюз выделяет на развитие инновационной деятельности более 20 млрд евро.

Понятно, что к сроку окончания этих поступлений из ЕС мы должны сформировать свою систему поддержки инновационных компаний, направленную на повышение качества трудовых ресурсов, помощь в коммерциализации новинок и организации их продаж на внутреннем и внешнем рынках.

Наша государственная организация имеет возможность поддерживать компании, используя специально созданный фонд. Ежегодные субсидии составляют примерно 1 млрд евро. Средства выделяются на конкурсной основе в сумме до 1,5 млн евро (в среднем на проект – 100 тыс. евро). В числе таких претендентов на субсидии рассматриваются самые разные предложения – от проекта нового моторного самолета, разработанного целым кластером авиационных компаний, до прибора обнаружения онкологических заболеваний, предложенного немногочисленной группой разработчиков.

Похожие сообщения

X