жк днепропетровская 37 евродвушка

Актуальное

Доминанта строительного процесса

О роли проектировщика в строительном процессе рассуждают заслуженный строитель России, советник директора ГУП «Ленгипроинжпроект» С. Ломбас и коммерческий директор ООО «ПСК «Севзапстальконструкция» Д. Ривьер

По сравнению с 1990-ми годами ситуация в проектных организациях изменилась. Знания и навыки разработчиков вновь в цене.

Ведь эрудиция авторов проекта определяет подчас судьбу уникальных объектов.

Своими мнениями о роли проектировщика делятся топ-менеджеры проектной и строительной компаний – заслуженный строитель России, советник директора ГУП «Ленгипроинжпроект» Святослав Ломбас и коммерческий директор ООО «ПСК «Севзапстальконструкция» Денис Ривьер.

Когда автор в цейтноте

Святослав Ломбас:

– Институт «Ленгипроинжпроект» выполняет в год до 600 различных проектов инженерных сетей и гидротехнических сооружений. Это огромный объем рабочей документации, по которой возводятся мосты, строятся тоннели, трубопроводы, транспортные развязки и другие важные объекты.

Заказчик ждет от нас хороший продукт и получает грамотно выполненную и согласованную проектную документацию. Однако требуется найти самое оптимальное технологическое решение, наиболее экономичное и ускоряющее строительство. Для этого необходимо проработать несколько вариантов, сравнить, выбрать лучший, но, к сожалению, не хватает времени.

Российский проектировщик по сравнению с советским находится в цейтноте. Дополнительные объемы, которые ему навязаны заказчиком, с одной стороны, побуждают работать быстро и по возможности безошибочно, с другой – ограничивают его в творчестве и саморазвитии. Чтобы не оказаться в хвосте прогресса, проектировщик должен изучать новинки техники, материалов и технологий, достижения мировой науки и промышленности, посещать выставки, знакомиться с практикой зарубежных коллег. Увы, делается это урывками.

А объекты у нас крупные, у всех на слуху: большая развязка на Приморском пр., реконструкция Сенной пл., пл. Ленина, где намечается создать подземный паркинг, участие в создании Орловского тоннеля. Мы проектируем сложные объекты Водоканала. Это – ГВС, Южная станция очистки, полтора года работаем над модернизацией первой в России системы управления всем водопроводным и канализационным хозяйством Санкт-Петербурга и т. п. Предстоит решать глобальную проблему стоков ливневой канализации на новых территориях с регулирующими емкостями под землей.

Для того чтобы приступить к проектированию, необходимо иметь исходные данные. Когда-то эти сведения предоставлял заказчик. Теперь, за редким исключением, он снимает с себя все обязанности по подготовке исходных данных для проектирования и в техзадании пишет: «Выполнить все необходимое и достаточное».

Что получается в итоге? На проектирование отводится 6–8 месяцев, из них четыре уходят на изыскания. Земля уже не в государственном, а в частном владении, нужно каждый шаг согласовывать с владельцем. Раньше разрешение на изыскательские работы получали в административно-технической инспекции за 2 недели, сейчас – через 1,5 месяца.

Теперь нашей обязанностью является, кроме собственно проектирования, «добыча» исходных данных, а это отдельный вид работ (предпроектные работы), и он должен выполняться по отдельному контракту.

В Постановлении Правительства РФ № 7 от 16.02.2008 г. сказано: заказчик имеет право поручать выполнение этих работ проектной организации. В принципе понятно, что это другие статьи расхода и другие сроки.

Такое ущемление прав и интересов проектировщика родилось в 1990-е годы в период экономического упадка, когда специалисты брались за любую работу. Возникло много фирм и фирмочек, именующих себя проектными бюро. Они делали проекты быстро, с низким качеством и дешево.

Заказчики в процессе строительства спохватывались, понимая, что по такому «проекту» ничего построить невозможно, но «авторы» успевали исчезнуть. Переделывать документацию предлагалось таким организациям, как наша: с традициями, именем, более чем полувековым опытом.

Мы стараемся компенсировать время, потраченное на предпроектные работы, несколькими способами. В институте сохранен огромный технический архив. Можно взять отработанное прежде техническое решение, ничего не изобретая. Ускоряют труд компьютерные программы по всем технологическим разделам. Так, выполняются расчеты по фундаментам, мостам, теплотрассам, по газовым магистралям.

Однако готовые программы не панацея. Они избавляют инженера от рутинных операций, но исходные данные в программы закладывает человек, а не машина. Ошибешься – компьютер выдаст неверный результат. Таким образом, применение готовых проектных решений влечет ошибки, если нет грамотной привязки на местности. Необходимо изучать существующую ситуацию на месте, потому что на каждом участке разные условия, особенно в Питере.

Вот пример. Когда строили ЮЗОС, пробурили положенное количество скважин, нормально провели изыскания. Они не вызывали вопросов у проектировщика. В силу технологической необходимости, ГИПом объект был сдвинут на 100 м в сторону, а дополнительные изыскания выполнить не успели.

В результате опускной колодец диаметром 60 м и глубиной 60 м попал на рукав подземной реки – прорыв воды, аварийная ситуация. Потребовалось привлечь силы науки. Совместно с учеными мы нашли способ сохранить объект, применили технологию электроосмоса, заморозили грунт. И колодец стоит, очистные сооружения работают.

Этот случай особенно убедительно отразил необходимость глубокой, неспешной проработки. Загонять проектировщика во временной угол чревато непредсказуемыми последствиями.

Мечта любого ГИПа – выдать отточенный проект. Так бывает, когда процесс идет последовательно, нет накладок. Мы не должны тратить дорогие месяцы на несвойственные нам работы, инженеру нужно иметь возможность создать несколько вариантов технических решений.

Правительство города может планировать развитие мегаполиса на два-три года. Отчего бы не дать задание в первый год на предпроектные проработки, получение исходных данных и изыскательских материалов, чтобы затем иметь оптимальный проект. Это выгоднее для бюджета, удобнее строителям и спокойнее заказчику. А у инженера-проектировщика останется время на творчество.

Локомотив строительства

Денис Ривьер:

– В состав ПСК «Севзапстальконструкция» входит завод металлоконструкций, СМУ, которое эти изделия монтирует, и проектная группа. У нас нет целей становиться генподрядчиком или генпроектировщиком. Достаточно, что в своем сегменте рынка мы стараемся хорошо делать свое дело. А именно – изготовление и монтаж металлических каркасов и покрытий зданий. Это объекты промышленного назначения, складские терминалы, ТРК, гипермаркеты, автосалоны. В числе особенных построек  75-метровые сооружения на Сланцевском цементном заводе «Цесла», строительство в Токсове трассы для соревнований по могулу (заказчик объекта ФГУП «Спорт-инжиниринг»). Подписан договор на монтаж металлоконструкций стадиона на Крестовском острове.

Среди наших основных партнеров, осуществляющих общее проектирование, ОАО «ЛенПроектСтальКонструкция». ОАО «ПИ ЛЕНПСК» – единственный в Ленинграде (теперь в Петербурге) специализированный институт по проектированию металлических конструкций. Общение с такими профессионалами – хорошая учеба для проектировщиков нашего бюро, у которого более скромные задачи – разрабатывать на основе проектов КМ чертежи КМД под собственное производство и проекты производства работ (ППР).

Есть ряд факторов, которые стимулируют развитие проектного направления. Без сомнения, в цепочке проектирование – изготовление – монтаж первое звено – самое важное. Хороший проект экономит трудозатраты и ресурсы как на стадии изготовления конструкций, так и на этапе строительства.

Так, у металла есть преимущества перед железобетоном. Он позволяет существенно уменьшить массу здания, нагрузку на фундамент (погонный метр ж/б трубы весит 160 кг, металлической – 47 кг). Металл технологичен, конструкции быстро монтируются, затем их можно разобрать и перенести на другую площадку, чего нельзя сделать с ж/б. Однако его недостаток – низкая огнестойкость, которую можно повысить антипиреновыми составами. Уметь обращаться с металлом, знать пределы его возможностей и правильно применять – задача наших проектировщиков.

Также мы обязательно проводим экспертизу проекта, поступившего из сторонней организации. Не потому что не доверяем партнерам – просто так положено. Мы несем ответственность за качество и безопасность наших конструкций.

К сожалению, реалии в России таковы, что проектирование как отрасль серьезно ослаблено. В 90-е годы проектные институты обезлюдели, прервалась преемственность, выпускники технических вузов шли туда, где платили более высокую зарплату – в коммерцию, в торговлю.

Сегодня квалифицированных проектировщиков мало. Они все загружены работой, и у всех достаточно высокие расценки. Такая ситуация вынуждает производственные организации развивать у себя проектные подразделения. Набирать людей, обучать, посылать на стажировку.

Свой проектный отдел позволяет сократить сроки подготовки документации. Легче решать все локальные вопросы, поскольку в процессе монтажа бывают изменения, которые вносит заказчик. Согласование их с проектным институтом отнимает время и деньги. Если проектируем сами – сами и урегулируем возникающие проблемы.

Работа ведется с использованием компьютерных программ, которые упрощают труд проектировщика. По сути, инженер только перепроверяет расчеты, выполненные электроникой. Но, используя технику, надо понимать, что делаешь. Нельзя действовать механически.

Квалифицированная разработка проекта способна оказать значительное влияние на строительство. Так, на производственно-складском комплексе ООО «КПД инжиниринг» в промзоне Парнас мы выполняли проектирование, изготовление и монтаж металлоконструкций. Проектировщики смогли уменьшить вес материала с 350 т до 200 т за счет оптимизации узлов, сортамента металла.

Мы сэкономили заказчику металлоконструкций на сумму примерно 10,5 млн руб. при сохранении всех технических характеристик здания. К тому же уменьшились сроки изготовления конструкций и их монтажа, поскольку сократился объем металла.

Экономии металлопроката заказчики в последнее время уделяют все больше внимания. Металл дорожает. Недавно его цена не превышала 25–27 тыс. руб. за тонну. Сейчас она поднялась до 32–34 тыс. руб. И это не предел. Поэтому каждая сэкономленная проектировщиком тонна дает экономию в процессе строительства. Специалист создает объемную модель в зависимости от функционального назначения строения, указывает на основании расчетов, какие профили использовать, какой марки металл взять.

Однако у тенденции к экономии есть и оборотная сторона – практическое отсутствие запаса металла на выполнение монтажных работ. Отсюда более высокие требования к его качеству и точности расчетов. И это при условии, что проекты с каждым годом становятся сложней.

Мы разрабатывали КМД и ППР уникального проекта ледового дворца на горнолыжном курорте «Игора». Объект, один из немногих в России, рассчитан на прогрессирующее разрушение. То есть при обрушении части кровли остальная удержится. Конструкции самонесущие, созданные ради безопасности посетителей, среди которых будут и первые лица страны.

Должен уточнить: даже лучший проект не дает гарантии, что объект будет построен качественно и в срок. Но оценить уровень инженерных решений, сделать реальной самую экстравагантную идею архитектора можно только, если располагаешь качественной, проработанной проектной документацией.

Подготовил Виктор Малков

Другие материалы по теме

X