жк днепропетровская 37 квартиры

Строим Добро

Развитие по естественным законам (интервью с вице-президентом СПП СПб Н. Ковалевым)

В России кластеры идут на смену традиционному отраслевому делению экономики. На это есть объективные причины, о которых говорит в интервью вице-президент Союза промышленников и предпринимателей Санкт-Петербурга Николай Ковалев.

– Сегодня в России в целом, и в Санкт-Петербурге в частности, много говорят о новой структуре развития промышленности – кластерах. Чем это продиктовано?

Ковалев.jpg– Кластер – наиболее эффективный способ ведения хозяйственной деятельно­сти с точки зрения мировой экономики, иной уровень развития промышленности по естественным законам. Я бы сравнил это с появлением и ростом кристалла в благоприятной физико-химической среде.

В подобную структуру могут объединиться даже конкурирующие предприятия, принявшие решение в целях оптимизации затрат, а значит повышения конкуренто­способности, создать некие общие блоки производства, маркетинговую базу и т. д. Территориальная близость позволяет им работать сообща, сохраняя при этом свою юридическую независимость.

С другой стороны, кластеры – признаки глобализация промышленных процессов. Мы видим, что идет укрупнение бизнеса уже на транснациональном уровне, и кластерные образования помогают транснациональным корпорациям достичь наивысшего уровня эффективности.

Внутри России кластеры могут прийти на смену министерскому делению промышленности и экономики. Роль государ­ства при этом ослабляется по объективным причинам – снижается доля государственных предприятий в экономике страны.

Кроме того, процессу кластеризации способствует перестройка экономики в целом: увеличивается доля услуг в ВВП – они во всех странах вытесняют промышленность. Это общемировая тенденция.

– К кластерному объединению, наверное, подталкивает и появление новых направлений развития на стыке сложившихся производств?

– Конечно. Некоторые отрасли до последнего времени были достаточно обособлены. К примеру, электроника. Сейчас она интегрирована с большин­ством направлений промышленного производства, авиастроением и автомобилестроением на 60%, с медициной – до 90%. Этому способствует слияние всевозможных технологий. В том-то и ценность кластеров – они вырастают благодаря интересам бизнеса.

Структура мирового бизнеса кардинально изменилась. Сегодня такие брендовые компании, как IBM, Samsung Group и другие, фактически являются кластерными образованиями.

Компания IBM создала вокруг себя системы узких специалистов в определенных областях, технологиях. Она прибегает к внешним услугам в части не только производства, но и исследований. По сути IBM превращается во владельца бренда и маркетинговых сетей.

Перевернут даже сам принцип развития рынка. Если раньше продукт диктовал будущее развития производства и технологий, то теперь перспективные технологии диктуют будущую форму продукта. На первый план выходит вопрос, не что производить, а как и с использованием какой новейшей технологии.

И тут без кластерного образования как некоей базовой формы производственного и исследовательского процесса не обойтись.

– Насколько глубоко зашел процесс преобразования экономики в Санкт-Петербурге?

– Трудно говорить о кластерах применительно к России. Мы ведь до сих пор не прошли даже полной индустриализации, а кластеры – элементы индустриального общества высшего уровня, граничащего с переходом в постиндустриализацию.

– То есть советская экономика была разрушена, а новая еще не создана?

– Да. Мы до сих пор не восстановили основы промышленного производства. Не восстановили до состояния независимо­сти и устойчивости промышленных сегментов с понятными рыночными принципами развития.

Тем не менее общемировая логика хозяйствования и в России приведет не только к разговору о кластерах, но и к их реальному появлению.

Новая структура управления производством неизбежна хотя бы потому, что у нас в стране растут число и доля частных предприятий, на которые министерская форма управления уже не распространяется.

– И все-таки определенная регулирующая роль должна оставаться за государством?

– Государство должно способствовать созданию благоприятной среды для развития экономики страны в целом в нужном направлении.

Под этим я имею в виду государственное содействие развитию сложившихся промышленных блоков, доказавших свою состоятельность.

Сегодня отдельное предприятие – это не тренд. Правильно, если государство будет иметь дело с группой эффективно работающих компаний. То, что они успешно развиваются и объединяют свои усилия, должно стать сигналом для правитель­ства – данному направлению необходимо уделить внимание, поддержать его.

Заметим, что и государству удобнее работать с группами промышленных производств, чем с отдельными компаниями.

Новые технологии, продукты возникают практически каждый день. Их также в режиме онлайн нужно интегрировать в отечественную экономику.

Велика роль государства не только в управлении, но и в прогнозировании по­следствий принятых решений. На сегодня 36% казны Санкт-Петербурга составляют платежи промышленных предприятий. Как показал кризис, эта статья бюджета оказалась наиболее устойчивой. Кроме того, в промышленности занято около 20% населения, а это уже важный социальный фактор.

Раз так, то нам необходима государ­ственная структура, которая отвечала бы за рост объемов промышленного производства в городе. Именно за рост, а не освоение денег. И эта ответственность должна быть закреплена за конкретным исполнительным органом государственной власти и его руководителем.

Если мы заявляем, что поддерживаем кластерные образования, то должны понимать, что тут нужны специфические меры стимулирования. Помимо традиционных субсидирования, ставок кредитования, затрат на инновационные внедрения и техническое перевооружение следует вести постоянную научную аналитическую обзорную работу по выявлению новых способов стимулирования кластеров. Требуется анализировать природу партнерских связей.

Всей этой большой работой необходимо заниматься постоянно, а не от случая к случаю. Со стороны государства нужно как прямое вмешательство в процесс (традиционная помощь), так и косвенное – аналитическая работа и выводы из нее. Последнее необходимо для того, чтобы двигаться в правильном направлении, своевременно улавливать корреляционные связи, оперативно отслеживать результаты принятых мер.

В России необходимо вести большую просветительскую работу, объяснять руководителям, что обособленность в развитии – не самая лучшая стратегия. Ведь то, что трудно или невозможно сделать одному (маркетинг, разработка технологий), вполне под силу группе компаний. В популяризации таких взаимодействий государство может сыграть ключевую роль.

Ну и конечно, его роль должна заключаться в материальной поддержке, субсидировании определенных сторон кластеризации.

Когда будет юридически закреплена необходимая терминология, связанная с кластерами, разработана и принята вразумительная программа по кластеризации, тогда это может стать интересным для промышленников и в России. Что и сыграет роль той самой физико-химической среды, в которой растут кристаллы.

– Тем не менее, согласно официальным данным, в Санкт-Петербурге уже создано несколько кластеров. Похоже, вы с этим не согласны?

– Никакой другой город не нуждается более Санкт-Петербурга в кластерной программе. Потому что здесь чрезвычайно многоукладная промышленность – представлены разные виды производств.

Между тем в городе нет сложившихся кластеров как таковых, в их классическом понимании. По крайней мере мне о них ничего не известно. Никто не информировал широкую общественность о том, какие взаимовыгодные принципы объединили предприятия, скажем, в фармацевтический кластер или производителей автомобильных компонентов. Что связывает эти производства помимо соседства? Подозреваю, что там нет глубины кластерных связей.

Конкретные признаки кластеров для каждой группы компаний свои, но если говорить в целом, то следовало бы доказать эффект от их взаимодействия.

Компании могут объединять какие-то производственные блоки, анализ рынков. Они могут совместно заниматься научно-исследовательскими работами. И у них должен быть один орган управления – по-другому никак не получится договориться.

Но с другой стороны, пусть это даже и псевдокластеры, но процесс пошел. Мы сейчас готовимся к выставке «Российский промышленник» и попытаемся в ее рамках организовать стенды, собрать предприятия по возможному кластерному принципу, чтобы в процессе мероприятия они присмотрелись друг к другу, завязали более тесные связи.

Так появились стенды девяти «кластеров»: металлообработки, транспортного машиностроения, аэрокосмического приборостроения, лазерного оборудования и технологий, оптоэлектроники, радиоэлектроники, медицинского приборостроения, фармацевтики, производителей автомобильных компонентов.

– Где кластеры прижились наиболее удачно?

– Практически везде, где развитая экономика. В Европе это Франция, Германия, Финляндия. Кластеры – основа их экономики. И государства,  понимая это, активно поддерживают кластерные образования. Помимо предоставления объединившимся предприятиям режима наибольшего благоприятствования (налоговых льгот) им оказывается помощь в продвижении продукта на мировой рынок, их интересы лоббируются на самом высоком уровне.

При этом внутренний рынок практиче­ски закрыт для иностранных производителей. Так, европейские рынки недоступны для юго-восточных азиатских предприятий, сельскохозяйственные рынки закрыты как стратегические.

Заметим, что кластеры для развитых стран – уже прошлый век. Время их формирования пришлось на 1990–2000 годы. Сегодня в повестке дня транснациональные компании – следующий глобализированный уровень организации производств и разработок.



Кластеры для развитых стран – уже прошлый век. Время их бурного развития пришлось на 1990–2000 годы. Сегодня в повестке дня транснациональные компании – следующий глобализированный уровень организации производств и разработок.



Необходима государственная структура, которая отвечала бы за рост объемов промышленного производства в Санкт-Петербурге.

Именно за рост, а не освоение денег.



Трудно говорить о кластерах применительно к России.

Мы ведь до сих пор не прошли даже полной индустриализации, а кластеры – элементы индустриального общества высшего уровня, граничащего с переходом в постиндустриализацию.


Ирина Кравцова

Другие материалы по теме

X