Актуальное

Безальтернативная автоматизация: о промышленном интернете вещей

Промышленный интернет вещей (IoT) стал жизненной необходимостью, обусловливающей развитие машиностроительных предприятий и их успешную конкуренцию на мировом рынке. Российским компаниям предстоит наверстывать отставание от зарубежных коллег.

Цех
Шавкунов: “В мире активно формируется сегмент отраслевых применений интернета вещей”
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Об интернете вещей и потенциале его использования в России сейчас говорят много и на всех уровнях – от отраслевых конференций до заседаний правительства. И не удивительно: этот тренд зафиксирован всеми ведущими аналитиками. Однако те случаи, когда IoT вышел за пределы теории и стал практикой, в России пока единичны и чаще всего связаны с решениями для конечного пользователя – например, управление микроволновкой или чайником с помощью приложения на смартфоне.

Промышленное же применение интернета вещей пока минимально, в том числе и в машиностроительной отрасли, хотя именно этот вид экономической деятельности эксперты называют среди тех, где есть возможность получить максимальный положительный эффект от технологий IoT.

Нельвиная доля

Сергей Шавкунов, исполнительный директор J’son & Partners Consulting, уверен, что внедрение концепции интернета вещей в России существенно отстает от мировых показателей и, более того, существует реальная угроза нарастания этого отрыва. По оценкам аналитиков агентства, на конец 2015 года общее число IoT-устройств в России составило более 16 млн штук, тогда как во всем мире их, по данным Ericsson, насчитывается более 4,6 млрд. Другими словами, доля нашей страны – лишь 0,3%. И если кардинально не изменить ситуацию в ближайшее время, то этот показатель к 2018 году снизится до 0,1%, став практически незаметным.

«В мире активно формируется сегмент отраслевых применений интернета вещей – промышленный интернет, который по числу соединенных устройств и объему доходов от предоставления услуг станет важнейшей частью рынка, – отмечает Сергей Шавкунов. – Это совершенно новый уровень автоматизации производства, где значительная часть процессов будет осуществляться за счет автоматического принятия решений самими машинами на основе анализа большого объема данных с подключенных устройств и постепенным снижением роли производственного персонала, в том числе и квалифицированного».

Руководство большинства современных машиностроительных предприятий считает, что внедрение систем автоматизации не окупится, поскольку рабочая сила не столь дорога

Однако и с отраслевым применением в России пока плохо, но тут мы хотя бы не так сильно отстаем от мировой практики. Ведь говорить о массовом проникновении промышленного интернета, по мнению Сергея Шавкунова, наверное, еще рано не только в России, но и в мире. «Сейчас идет процесс поиска наиболее успешных решений и анализ их эффективности. То есть надо пробовать и внедрять», – говорит он.

Некоторые проекты уже идут. Так, в PTC рассказывают о том, что на РКЦ «Прогресс» (Самара) и «Транснефть Нефтяные Насосы» (Челябинск) внедрены передовые технологии САПР и УЖЦИ, которые позволяют тестировать решения в области интернета вещей, дополненной реальности и предиктивной аналитики для автоматизации сервиса своих изделий.

В Microsoft не называют конкретных проектов, однако оценивают текущую ситуацию вполне позитивно. Александр Белоцерковский, эксперт по стратегическим технологиям Microsoft, считает, что в России производство будущего невозможно представить без IoT и российский рынок машиностроения не исключение: «Сегодня мы видим все больше компаний, которые начинают применять IoT на производстве для контроля работы тех или иных механизмов, приборов и систем».

Денег нет, но…

Российское машиностроение слишком медленно двигается в сторону IoT. Причин такой неповоротливости множество, но судьбоносными и труднопреодолимыми являются три. Первая, как водится, отсутствие финансирования. По данным IDC, в ближайшие несколько лет затраты на IoT во всем мире будут расти на 17% в год. У отечественных же предприятий лишних денег нет, если и есть, то тратить на интернет вещей они не готовы. «Проблема в том, что инновация предполагает инвестиции, в России это сложная тема», – поясняет Сергей Шавкунов.

Игорь Гиркин, менеджер по развитию новых технологий в области интернета вещей (IoT), Cisco, отмечает: «Руководство большинства современных машиностроительных предприятий считает, что внедрение систем автоматизации не окупится, поскольку рабочая сила не столь дорога. Подобный принцип, пожалуй, является наиболее важным фактором сдерживания проникновения IoT и отставания в этом вопросе отечественного производства от передовых стран».

Второй сдерживающий фактор, казалось бы, не имеет прямого отношения ни к интернету вещей, ни к автоматизации в целом, но между тем именно он оказывает существенное влияние на интерес машиностроительных предприятий к IoT. Речь идет о конкуренции – как внутрироссийской, так и внешней.

«Отставание российской машиностроительной отрасли во внедрении технологий интернета вещей, в частности для автоматизации послепродажного обслуживания, в первую очередь обусловлено низкой внутренней конкуренцией на российском рынке, где продукция часто выпускается не с целью конкурентной продажи, а под субсидируемый государственный заказ», – полагает Андрей Шолохов, генеральный директор PTC в России и СНГ.

Третья проблема – отсутствие российских платформ для интернета вещей. С учетом того, что в условиях стратегии по импортозамещению крупные компании с опаской относятся к зарубежному ПО, это является серьезным препятствием, так что многие предпочитают занять выжидательную позицию. Однако вряд ли стоит надеяться, что в ближайшее время появится отечественная платформа, способная конкурировать с решениями крупнейших мировых вендоров.

Конечно, три вышеперечисленных фактора – далеко не все, что мешает машиностроительным предприятиям двигаться в сторону IoT. Так, генеральный директор SAP Labs в СНГ Андрей Биветски уверен, что большинство отечественных машиностроителей еще не дозрели до вступления в цифровую экономику: «Даже крупные компании сегодня находятся только на первой стадии цифровой трансформации: переходят на ERP, создают единую систему, в которую интегрируют склады, бухгалтерию и путевые листы. Интернет вещей – следующая ступень, к которой им только предстоит перейти. Сдерживающим фактором является и отсутствие единых стандартов интернета вещей в отраслях промышленности. Сегодня обилие разных систем приводит к раздробленности рынка и мешает его развитию. Для того чтобы увеличить оперативную совместимость устройств, необходимо консолидировать усилия всех организаций-участников».

…но внедрять придется

Между тем эксперты считают, что именно за интернетом вещей будущее. «Если мы говорим о конкурентном и высокопроизводительном машиностроении, то альтернатив IoT нет, – подчеркивает Сергей Шавкунов. – Это новый технологический уклад – экономика совместного использования, а не вертикальных замкнутых отраслевых структур. Она производительнее, быстрее, менее затратна».

Робот
Белоцерковский: “Наша основная цель – унифицировать и упростить внедрение технологий IoT в любую инфраструктуру
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Андрей Шолохов убежден, что без интернета вещей отечественное машиностроение существовать может, но именно существовать: «Если говорить о внедрении IoT в российских условиях, надо понимать, что, не изобретя колеса, нельзя изобрести телегу. Технология интернета вещей – не палочка-выручалочка, волшебным образом исправляющая все огрехи нашего производства. Это скорее «вишенка на торте», которая может дать дополнительный эффект там, где уже внедрены все базовые технологии».

«Разумеется, IoT не панацея, и предприятие может существовать без IoT, – согласен Игорь Гиркин. – Ручной труд и ручная же отчетность не означают гибели производства. В наше время работают множество мастерских, изготавливающих мебель вручную. Разумеется, речь идет о штучном товаре, но существование кустарных производств возможно одновременно с деревообрабатывающей и мебельной промышленностью, потому что на штучный товар есть спрос со стороны потребителей. Однако дело в том, что от машиностроения конечный потребитель не ожидает штучного товара. А в условиях массового производства победит тот, у кого издержки ниже, кто быстрее реагирует на потребности рынка или может оперативно вывести новый товар на рынок, значительно опередив конкурентов. А значит, неизбежно возникает задача применения технологий IoT. Тем более что конкуренты из развитых стран не почивают на лаврах, а постоянно совершенствуют свой бизнес».

Любопытно, но импортозамещение, которое несколько тормозит переход на технологии IoT, одновременно с этим создает благоприятные возможности для трансформации. «В условиях снижения пресса со стороны зарубежных конкурентов отечественным потребителям придется обращаться к российским производителям, – прогнозирует Игорь Гиркин. – Но рынок России, даже включая рынки стран – участниц Таможенного союза ЕАЭС, невелик по сравнению с мировыми и может быстро насытиться. Поиск новых рынков – это экспорт продукции, а значит, конкуренция с зарубежными производителями. И лучше к ней подготовиться смогут те предприятия, которые в числе прочих нововведений будут основывать свои бизнес- и технологические процессы на IoT».

Фундамент для нового мира

Важнейшим элементом экосистемы интернета вещей является IoT-платформа. Именно она служит посредником между устройствами и компонентами решения, благодаря которому они могут передавать данные в широком диапазоне форматов. При этом полученные данные можно использовать для анализа, интеграции с корпоративными системами, разработки приложений и т. д.

По мнению J’son & Partners Consulting, из более чем 100 крупных и около 200–300 небольших поставщиков платформ лидирующие позиции занимают шесть решений: PTC ThingWorx, SAP HANA Cloud Platform for IoT, Microsoft Azure for IoT, Xivelyby LogMeIn, Ayla IoT Cloud Fabric и IBM IoT Foundation/Bluemix. Лишь они обладают достаточной универсальностью и полнотой функционала и уже зарекомендовали себя в реальных проектах.

Кроме того, именно вокруг них создается партнерская экосистема, без которой IoT будет неполноценным. Правда, кейсов с применением платформы Ayla IoT Cloud Fabric в производстве нет, это решение узкоотраслевое, для «умных городов», «умных домов» и ЖКХ. Остальные платформы имеют достаточно широкое отраслевое применение.

«Чтобы создать универсальную платформу интернета вещей, подходящую для любой индустрии, Microsoft вступила во многие мировые ассоциации по работе с IoT, – рассказывает Александр Белоцерковский. – Наша основная цель – унифицировать и упростить внедрение технологий IoT в любую инфраструктуру. Безусловно, для обработки такого большого объема информации, который поступает с датчиков системы, необходимы надежное соединение, гарантированная безопасность передачи информации и существенный резерв хранилища для ее обработки и хранения».

Общее число IoT-устройств в России – более 16 млн штук, в мире – не менее 4,6 млрд. Доля нашей страны – лишь 0,3%

Однако платформа – это еще далеко не все, что нужно предприятию для перехода к интернету вещей. Андрей Шолохов считает, что необходимо в первую очередь внедрить методологии и технологии, позволяющие управлять расходами и длительностью НИОКР, научиться выпускать изделия с заранее заданными параметрами по себестоимости и уровню качества, а также по степени локализации производства и его соответствия законодательству стран, где будет продаваться продукция. «Все эти технологии не относятся к IoT, но без них интернет вещей работать не будет. И многие российские предприятия, к сожалению, не обладают подобными методологиями, – объясняет он. – Для успешного внедрения необходимы одновременно методологические, организационные и технологические изменения на машиностроительном предприятии».

К методологическим изменениям, с точки зрения эксперта, можно отнести использование параметрической аннотированной 3D-модели в качестве подлинника информации о продукте. Люди должны не бегать по бумажному архиву, разыскивая нужные данные, а обладать быстрым электронным доступом к информации, оставаясь уверенными в ее актуальности. Так, например, технологию дополненной реальности с показом в видеопотоке информации из ERP, CRM или систем послепродажного обслуживания (SLM) невозможно реализовать без наличия параметрической аннотированной 3D-модели обслуживаемого изделия.

К организационным изменениям Андрей Шолохов относит выход на первый план директора по продукту, который контролирует расход бюджета и полностью отвечает за разработку конкурентоспособного продукта, его вывод на рынок и послепродажное обслуживание. «Именно этот человек должен руководить конструкторами, технологами, логистами, маркетологами, IT-специалистами и другими вовлеченными сотрудниками, создавая единую точку ответственности за успешность продукта», – полагает он.

Игорь Гиркин уверен, что в вопросах трансформации нужно руководствоваться лучшими принципами лечения больного: не рекомендовать сразу таблетку, а выслушать, понять его проблемы, проанализировать их взаимосвязь, поставить диагноз, а затем приступить к лечению, постоянно наблюдая пациента. «Начинать нужно с выявления проблемных мест. Не всегда подобное возможно осуществить собственным персоналом – большое видится на расстоянии. Возможно, что придется привлекать сторонних консультантов. Например, на одном из автогигантов система предиктивного обслуживания роботов была внедрена после всестороннего анализа проблем совместной группой, состоящей из представителей завода, производителей роботов и компании Cisco», – рассказал эксперт.

Кроме того, опыт Cisco показывает, что успешными были те проекты, где руководство стремилось изменить бизнес-процессы и находился лидер, ведущий проект: «Речь идет именно о бизнес-процессах. Основной тормоз любых изменений, а связанных с IoT особенно, – это персонал. Проекты IoT тем и отличаются, что они кроме техники затрагивают процессы, в которых участвуют люди. Нежелание людей менять свои привычки известно давно. Поэтому проекты IoT должны проходить под надзором руководства предприятия», – подчеркивает Игорь Гиркин.

Также особое внимание надо уделять вопросам обеспечения безопасности. Фундаментом для IoT является сеть передачи данных, а это всегда вызывает интерес у киберпреступников.

«Сегодня очевидно, что развивающиеся технологии IoT решают ключевые бизнес-задачи на производстве, меняют наше представление о повседневности и позволяют добиваться недостижимых ранее результатов. Очевидно, что в будущем сфера использования интернета вещей будет расти, компании – шире использовать технологии, а провайдеры сервисов – стремиться к упрощению внедрения IoT на предприятиях, удешевлению материалов и решений, а также повышению безопасности обработки большого потока данных», – резюмирует Александр
Белоцерковский.

Алена Журавлева

В печатной версии название статьи – “Безальтернативная автоматизация” (журнал “Промышленно-строительное обозрение”, № 170, июль 2016 г.)

Похожие сообщения

X