Актуальное

Хороший инструмент в надежных руках

В российских регионах действуют около 400 кластеров различной направленности. Специалисты считают, что пришла пора выходить за рамки своих территорий, взаимодействовать, формируя крупные межрегиональные кооперационные системы.

Цех
Фото: migrantinfo.spb.ru

Санкт-Петербургу кластерные инициативы позволили уверенно держаться в тройке лидеров инновационного развития в последние несколько лет. В 2017 году в городе появились почти 30 высокотехнологичных производств, прирост инвестиций в основной капитал составил более 36%.

По мнению губернатора Санкт-Петербурга Георгия Полтавченко, для динамичного развития экономики необходимо преодолевать региональные границы и создавать отраслевые кластеры, действующие на территориях нескольких регионов. В качестве примера он назвал кластер «Автопром Северо-Запад», объединивший производителей и поставщиков автокомпонентов Санкт-Петербурга, Ленинградской области и других регионов Северо-Западного федерального округа.

«Кластерная модель позволяет концентрировать ресурсы и мощности на приоритетных направлениях, привлекать прямые инвестиции, отечественные и иностранные. А инфраструктура целенаправленной государственной поддержки способствует реализации проектов разного масштаба и разной степени сложности, от стартапа до крупных кластерных инициатив», – подчеркнул петербургский градоначальник, выступая на пленарном заседании Международной конференции «Кластеры открывают границы. Евразийский путь».

Процесс не идет?

О межрегиональном взаимодействии говорили и участники круглого стола «Межрегиональное сотрудничество кластеров – как (пере)запустить процесс?» – представители успешных кооперационных систем из более чем 10 регионов России.

Как полагает руководитель Российской кластерной обсерватории ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Евгений Куценко, при том, что проблема межкластерного, межрегионального взаимодействия волнует многих и часто обсуждается, продвижения в этом направлении незаметны, причем не только в России. «Есть кластеры, которые объединяют несколько регионов – например, Петербург и Ленинградскую область, – напомнил он. – Сибирская биотехнологическая инициатива связала четыре региона, соглашение подписали губернаторы. Но и в первом и во втором случае движения не видно. Такая же история и у европейских коллег, скажем, в Берлине и земле Бранденбург есть общая стратегия и совместные кластеры. От каждого региона назначены руководители, и таким образом в кластерах два руководителя с равным статусом, но ни один не принимает решений самостоятельно. Процесс не идет».

Инициатива по объединению идей и возможностей если и не наказуема сегодня, тем не менее приживается с трудом и не всегда дает ожидаемый эффект. Действовать, по мнению представителей регионов, нужно последовательно, глубоко анализируя опыт и просчитывая возможности территорий. «Мы в Калужской области действуем по принципу: мысль глобальна, действие локально, – комментирует генеральный директор АО «Агентство инновационного развития – центр кластерного развития Калужской области» Анатолий Сотников. – Изучаем мировой опыт и то, что можно адаптировать для нашего региона, применяем. Создавая кластер, ориентируемся на повышение конкурентоспособности каждого участника».

По информации Анатолия Сотникова, в регионе четыре официально зарегистрированных кластерных объединения. Помимо этого, де-факто существует Автомобильный кластер. Фармацевтический в 2017 году получил серебряный сертификат Европейской межкластерной ассоциации, и динамика его развития впечатляет: за шесть лет он вырос в 6,2 раза.

Напомнив, что в 2015 году было подписано соглашение о создании Союза фармацевтических кластеров, в который вошли Калужская область, Санкт-Петербург, фармацевтический кластер «Северный» и Ассоциация фармкластеров России, он отметил, что этот Союз является одним из позитивных примеров межрегионального взаимодействия. «Союз стал проектным офисом Минпромторга, – пояснил Анатолий Сотников. – Все документы, регулирующие деятельность отрасли, проходят экспертизу Союза. Кроме того, Союзом ведется большая просветительская работа – от проведения конференций, круглых столов до участия в образовательных программах профильных вузов». Вместе с тем у калужского фармкластера успешно складывается и международное сотрудничество – в рамках бизнес-миссии в Германии было подписано соглашение».

Кластерная модель позволяет концентрировать ресурсы и мощности на приоритетных направлениях, привлекать прямые инвестиции, отечественные и иностранные

Представитель Калуги отметил, что весьма активно участвуют в межрегиональных проектах малые предприятия в рамках IT-кластера, идет сотрудничество со столичными коллегами в проектах по внедрению биотехнологий в строительство. Кроме того, большой интерес проявляется к кластеру авиационно-космических и композитных технологий, в который вошла французская компания.

Вместе с тем, по мнению Анатолия Сотникова, эффект очевиден лишь при взаимодействии близко расположенных компаний. «Когда в кластер входят предприятия, расположенные за 1000 километров друг от друга, – такое сотрудничество неэффективно. Мегакластеры вряд ли нужны», – делает вывод он.

Лидер – всему голова

Во всех процессах межкластерного взаимодействия важен лидер, который способен не только генерировать идеи, но и сплотить команду, четко обозначив цели, – убежден директор Центра кластерного развития Новосибирской области Алексей Лисовский. – Скажем, Сибирская биотехнологическая инициатива – проект, важный для Сибири. Хорошая была идея, но не нашлось идеологического лидера, который бы продвигал ее на высоких уровнях. Есть и деньги, и команда, но дело не идет: без квалифицированного топ-менеджмента невозможно продвигать идеи. Не помогают ни Ассоциация инновационных регионов России, ни кластеры-лидеры».

Однако директор Центра кластерного развития Томской области Сергей Климов придерживается иного мнения. «В прошлом году мы поменяли систему управления, – поделился он, – раньше поддерживали все инновационные проекты компаний, а теперь создали шесть альянсов: Арктика, Робототехника, Техническое зрение, Smart City Solution, Медицина и Digitaldezign. В рамках альянса участники стали вести диалог, научились договариваться. Формируется взаимодействие и между альянсами. Более того, появилась потребность в выходе за пределы своих кластеров и региона. То есть от внутренних контактов участники начинают переходить к кооперации. За каждым альянсом закреплен менеджер, который занимается внешними связями.

Президент биотехнологического кластера Кировской области Валерий Турулло уверен, что межрегиональное сотрудничество позволит наращивать компетенции. «Осенью прошлого года мы подписали первый протокол о взаимодействии, – говорит он. – Девять регионов, где сформированы регионально-территориальные инновационные кластеры, заявили о готовности совместно действовать».

В Кирове запущены межкластерные проекты, 12 из них уже внесены в реестр Минпромторга, создаются межкластерные рабочие группы, которые в перспективе перейдут в консорциумы. «В наш союз вошли и промышленные кластеры, – подчеркнул Валерий Турулло. – При этом Камский завод под проект утилизации резинотехнических изделий начал комплектовать технологические линии для производства вторичного каучука. Задача в том, чтобы объединить интересы участников. Мотивация должна идти снизу. Нужна общая идея, которая привлечет и фундаментальную науку, и промышленность. Успех развития кластера заключается в детальной подготовке сотрудничества всех участников процесса».

Правительство поддержит и поможет

Вместе с тем специалисты отмечают, что инициативам снизу сложно найти на федеральном уровне поддержку, а из-за бюрократизма чиновных структур есть сложности при вхождении в проект «Национальный лидер» и реестр Минпромторга, из-за чего многие кластеры не могут участвовать в федеральных программах поддержки. Но при этом чиновники приводят весьма оптимистичные данные: программы Минэкономразвития, например, охватывают 12 национальных кластеров и еще 27 включены в реестр, при этом ведомство ищет возможности для расширения списка. Кроме того, Минэкономразвития поддерживает крупные территориальные кластеры, нацеленные на международную экспансию.

Судостроение
Фото: snsz.ru

По словам начальника отдела инновационных проектов департамента стратегического развития и инноваций Минэкономразвития Рустама Хафизова, 12 инновационных кластеров, вошедших в Инноград Санкт-Петербурга, уже являются активными экспортерами. По его мнению, внедрение кластеров в международную систему оценки управления очень важно, потому что «участие в международных системах управления – это не просто новомодное явление, а необходимость».

«Калужский кластер получил в октябре серебряную медаль Европейской кластерной обсерватории – международно признанный сертификат, – напомнил Рустам Хафизов. – Сейчас сертификат намерены получить в Татарстане». Чиновник пообещал через кластеры масштабировать премию Национальный чемпион. «В 2017 году отобрали 30 высокотехнологичных компаний-экспортеров, которые активно действуют на международном рынке, оказываем им поддержку в ручном режиме, – сообщил он. – Мы готовы работать со всеми. Причем на заседаниях рабочих групп обсуждается не только расширение круга кластеров, но и привлечение к сотрудничеству всех министерств, при которых появляются кластерные инициативы. В июле планируется провести объединительное мероприятие для всех желающих обсуждать пути развития кластеров».

Начальник Управления региональной и промышленной политики Минпромторга Дмитрий Цуканов поддержал коллегу в части готовности федеральных чиновников помогать инициативам на местах. «Наша задача в условиях международной напряженности – определить виды технологических цепочек и продукции, выпускаемой на территории России, – отметил он, – чтобы обеспечить стабильность и экономическую независимость страны, невзирая на санкции и внешнее давление».

Еще одна важная задача – сохранение уровня притока инвестиций, в том числе зарубежных, в основной капитал ряда секторов экономики. Эти две задачи, по словам Дмитрия Цуканова, и решаются на основе промышленных кластеров. В 2017 году вместе с регионами созданы 26 промышленно-производственных цепочек, приоритетных для страны. Кластеры прошли аккредитацию в министерстве и включились во все планы импортозамещения.

Говоря о примере работы Воронежского нефтегазового кластера, чиновник подчеркнул: «Нам удалось совместно с регионом и предприятиями профинансировать шесть проектов по выпуску тех узлов агрегатов и комплектующих, которые ранее в стране не производились. Сейчас Минпромторг курирует 25 проектов по импортозамещению».

Дмитрий Цуканов отметил и успех в развитии кластера аэрозольной промышленности, который базируется в Ставропольском крае. «Группа компаний по производству баллонов осуществляет поставки в Евросоюз, заняв 8% мирового рынка. При поддержке Минпромторга кластер сможет запустить производство распыляющего устройства и самого вещества, наполняющего баллон. Поддержка позволит снизить себестоимость и занять 20% мирового рынка», – уверенно заявил он.

Очевидно, что кластерная кооперация не станет панацеей, единственно возможным путем роста и развития экономики, промышленной индустрии, но вместе с тем может принести хорошие результаты. «Кластерная политика не дает возможности решить все задачи экономического развития, – отмечает в своем исследовании управляющий директор Управления РСПП по экономической политике и конкурентоспособности Мария Глухова, – но является неплохим инструментом в умелых руках».

Лилиана Глазова

Другие материалы по теме