жк днепропетровская 37 евродвушка
жк днепропетровская 37 евротрешка
жк днепропетровская 37 квартиры

Актуальное

Посткризисный шанс (верные ориентиры в стратегии развивающих стран)

России нужно сосредоточиться на прорывных технологиях, а ставить производство на поток

в Китае и Филиппинах

Посткризисный мир

Возможности для инноваций на рынках развивающихся экономик огромны, утверждают эксперты. Что касается России, то общемировая смена энергетических приоритетов, природный и интеллектуальный ресурс дают ей шанс быстро и на высоком уровне адаптировать экономику к новым условиям.

Общемировой экономический спад привел к тому, что развитые страны вынуждены пересмотреть свои отношения с развивающимися государствами в сторону большей прозрачности и сбалансированности интересов сторон, рассказал на Петербургском международном экономическом форуме Жан-Пьер Тома, специальный представитель Президента Франции по развитию франко-российских отношений. По его словам, «новые правила диктуют равноправие в соглашениях – они не должны быть односторонними». Идет корректировка международных стандартов финансовой отчетности. Кроме того, для инвесторов введен регламент фондов, который увеличивает требования к объему собственных средств.

– Мир идет к выработке глобальных неправительственных стандартов, правил игры, – заметил Мартин Виттиг, генеральный директор Roland Berger Strategy Consultants.

По данным Roland Berger Strategy Consultants, бизнес уже поднимается с колен после экономической депрессии. На эту мысль наводит график корпоративных инвестиций – у первых трех тысяч компаний планеты они практически восстановились относительно докризисного уровня (2007 год). Что касается ликвидации задолженности, то заемные средства никто не торопится отдавать, и это сохраняет определенную нестабильность.

Картина по прямым инвестициям такая: если Китай и другие страны БРИКС демонстрируют рост, то европейские страны проявляют крайнюю сдержанность. Россия обгоняет своих компаньонов – у нее наибольшее количество сделок.

Сергей Нарышкин, руководитель Администрации Президента Российской Федерации, привел менее оптимистичную статистику. По итогам первого полугодия рост инвестиций в основной капитал России составил всего лишь 2%. Тем не менее наметился рост закупок машинного оборудования, стройматериалов, импорта. Свои докризисные показатели восстановили отдельные сектора горнодобывающей промышленности, металлопрокат, производство транспортных средств.



Рынки сбыта

Компания Schneider Electric до 37% своего оборота вкладывает в развивающиеся страны. И ее присутствие там ежегодно увеличивается на 5–10%. По мнению финансового директора Габора Капуша, «баланс между старыми экономиками и новыми нужно менять, думать о производственных мощностях там и источниках сырья».

Schneider Electric развивает свой бизнес в России в разных направлениях: открывает в регионах свои филиалы, образовывает совместные предприятия или покупает местную компанию.

– Кризис не остановил инвестиции. Мы запускаем фабрики. В Санкт-Петербурге, например, вкладываем средства в робототехнику. Наша деятельность в вашей стране все больше активизируется, мы двигаемся на восток. Планируем производить 50% из того, что здесь продаем. При этом качество будет то же самое, что и в других странах, – рассказал финансовый директор компании.

Он подчеркнул, что Schneider Electric привозит в Россию не просто свою продукцию, а новейшие технологии, свою культуру производства – навыки, знания, контроль за качеством, чтобы в РФ оно было «как на основных предприятиях». Какое-то оборудование в России даже лучше, чем во Франции.

– Можно, конечно, говорить о недостаточно благоприятном инвестиционном климате в России, но тут есть возможность работать, – дипломатично заметил Габор Капуш. – Правда, на то, что у компании уходит год во Франции, в России она тратит три года. Много времени уходит на согласовательные процедуры и визы. Из-за этого в Германии и Франции себестоимость одноименной продукции дешевле, чем в России.

Жан-Пьер Тома отметил, что мир переходит с нефти на газ. Тут у России большие возможности. Кроме того, страна имеет небольшой внешний долг, чего об европейских странах и особенно США не скажешь. Это тоже преимущество в нынешней ситуации.

– У вас есть шанс создать модель, которая бы могла быстро адаптировать вашу экономику к новой ситуации. Есть энергия, нефть, газ, а также способности к инновациям. Вы взяли правильный курс на вложение денег в исследования: НИОКР, Сколково; на приватизацию госпредприятий, – похвалил он. И тут же предостерег, что даже в самых либеральных экономиках госсектор играет стратегическую роль в инфраструктуре, военной промышленности.

По этой причине не следует увлекаться распродажей госсобственности, а оставить за собой контролирующую долю в важнейших секторах экономики. Все, что вне этого, должно быть отпущено в рынок. Нужно создать экономическое пространство, быть конкурентоспособными, чтобы участвовать в международной экономической битве.

– Мы не конкуренты, мы дополняем друг друга. Мы должны через совместный бизнес создать евро-российское пространство, и в первую очередь – безвизовое. Визы – это отжившее явление. Свободное передвижение капитала повысит инвестиционную привлекательность РФ. Россия и Франция идут к этому, – утверждает Жан-Пьер Тома.

По его словам, Россия и Франция созрели для более серьезных отношений. Так, например, они могут успешно объединить свои усилия в области самолетостроения и дизелестроения. При этом под успехом он подразумевает роль России не в качестве производителя конечного продукта, а – комплектующих. Самым подходящим форматом развития бизнеса между нашими странами, по его мнению, является схема государственно-частного партнерства (ГЧП), имея в виду под буквой «Г» только российское правительство.

– Речь должна идти не об использовании Францией новых рынков России, а о подлинном сотрудничестве в области услуг, производства. Для этого компаниям нужно обеспечить безопасность вложений, – пояснил он.

– В РФ есть культура производства, но нет культуры сервиса, – заметил доктор Ханс-Пол Бюркнер, президент – главный исполнительный директор The Boston Consulting Group. Между тем НИОКР крутится вокруг сферы услуг.

Во время дискуссии прозвучало сомнение – возможно ли при российском характере добиться эффекта от инноваций и распространить их в индустриальном масштабе.

На это Виктор Сараев, президент Glowers, ответил: «Сложно производить инновации в условиях зимы – холодно на улице… Зима на улице к инновациям имеет такое же отношение, как русский характер».

Сараев считает, что России нужно сосредотачиваться на прорывных технологиях, а ставить производство на поток в Китае и Филиппинах.

Его поддержал Игорь Агамирзян, генеральный директор – председатель правления ОАО «Российская венчурная компания: «Я присоединяюсь к этому мнению. Российские компании должны найти свое место в структуре глобальной экономики – той, которая будет через какое-то время. С тем чтобы заранее оптимизировать свои усилия».



Лекарство от кризиса

Возможности для инноваций на рынках развивающихся стран огромны, убежден Бруно Ди Лео, генеральный менеджер по развивающимся рынкам IBM Corporation. Речь идет не только о новых технологиях, но и об инновациях в бизнес-моделях, подчеркнул он.

Мартин Виттиг рекомендует в любой экономической ситуации при выстраивании стратегии управления бизнесом ориентироваться на средне- и дальнесрочные прогнозы макроэкономики, не опираться на краткосрочные. «Они неправильны, часто грубо ошибаются. Выиграв на краткосрочных преимуществах, компания несоразмерно теряет по результатам стратегии в целом».

По его словам, роль государства заключается в том, чтобы вкладывать средства в развитие инфраструктуры, кредитование малого бизнеса, а также обеспечивать стабильную систему – налоговую, правовую, визовую; стимулировать корпоративные инвестиции, а не заменять их бюджетными.

– Я не верю в эффективность поддержки экономики страны в виде государственного инвестирования частных корпораций. Да, так пытались поддержать некоторые банки, но этим спровоцировали их задолженность. Реконструкция Восточной Европы была ошибкой, – считает он.

Где взять деньги на инновации, крупные инфраструктурные проекты? Ответ на это вопрос есть у Гленна Коллини, партнера – члена совета директоров Salans.

Он заметил, что России требуется вложить в развитие инфраструктуры $5 трлн в течение 10 лет, или 500 млрд в год. Между тем в этом году на эти цели планируется направить в 50 раз меньше – лишь $10 млрд. Инфраструктурные проекты служат многим поколениям. Так их нужно и финансировать – распределять бремя между сегодняшними налогоплательщиками и будущими, советует эксперт.

Государству следует определиться, какие проекты важнее, сконцентрировав на них бюджетные инвестиции. Развитие социальной инфраструктуры и строительство бюджетного жилья должно оставаться за государством, а, например, платные дороги могут построить и частные компании.

По мнению Коллини, России следует увеличивать развитие широкополосного Интернета. Это позволит кардинально изменить систему образования, что даже более важно, чем дороги.

Москва решает свои инфраструктурные проблемы путем размещения государственного заказа, Санкт-Петербург – ГЧП.

Эксперт считает, что Россия недооценивает такую форму инвестирования, как муниципальные облигации. «Они обеспечены государственными гарантиями. Нужно активно использовать эту схему финансирования в развитии водоснабжения – водоотведения, реализации проектов здравоохранения и других социальных объектов». На Западе, по его словам, с помощью муниципальных облигаций финансируется 20–22% проектов. Активно задействованы средства пенсионных фондов. Муниципальным облигациям предоставляются налоговые льготы. Это позволяет разделить риски между частными компаниями и государством, что способствует увеличению притока инвестиций.

Ирина Кравцова

Другие материалы по теме

X