Top Banner_Благотворительный_фонд_Строим_Добро

Актуальное

Дорогое наследие: о развитии реставрационной отрасли

Для развития реставрационной отрасли требуется сбалансированная система стимулов и ограничений для инвесторов, техническое нормирование и национальные стандарты технологий и материалов при проведении работ на объектах культурного наследия.

Особняк купца И. К. Мясникова
Особняк купца И. К. Мясникова
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Участники круглого стола «Методология эффективных действий: профессиональные общественные организации реставраторов в региональной экономике, отраслевом образовании и трудовых отношениях», проходившего в рамках IV Санкт-Петербургского международного культурного форума, проанализировали, что было сделано для развития рынка и какие задачи еще предстоит решить.

Созданный в 2001 году Союз реставраторов Санкт-Петербурга (Союз реставраторов СПб) объединяет два профильных лицея и около 40 компаний. Многие организации, имевшие прежде узкую специализацию, со временем выросли до многопрофильных предприятий, выполняющих работы под ключ. Диверсификации и сохранению подрядного взаимодействия способствовало объединение реставрационного бизнеса в профессиональное сообщество. Для формирования цивилизованного реставрационного рынка участники союза приняли Кодекс реставраторов Санкт-Петербурга, Декларацию о сохранении Санкт-Петербургской реставрационной школы и ведут совместную работу в решении кадровых вопросов.

Между тем нерешенных проблем остается много, и они требуют усилий от всех участников рынка. Как признал генеральный директор компании «Рестауро СПб» Геннадий Загвозкин, сложно найти специалистов в сфере исторических технологий и материалов – например, мастера, владеющего фресковыми методами. Поэтому следует уделять особое внимание обучению студентов технологиям прошедших веков, изучению исторических трудов по реставрации.

Стандарты, разработанные в строительной отрасли, не применимы для реставрации

«От нас как работодателей зависит, какие кадры к нам будут приходить, и потому Союз реставраторов СПб намерен участвовать в разработке профессиональных образовательных стандартов», – подчеркивает председатель совета Союза реставраторов Санкт-Петербурга, д. т. н., профессор ПГУПС, член Совета по сохранению культурного наследия при правительстве Петербурга Нина Шангина.

По ее мнению, к вопросам подготовки высокопрофессиональных мастеров следует подходить на стадии планирования кадрового резерва. Для того чтобы прогнозировать количество и специализацию мастеров, востребованных в ближайшие 5–10 лет, союз приступил к созданию экономико-статистической модели реставрационной деятельности.

Остается потребность в техническом нормировании и введении национальных стандартов материалов и технологий, используемых на объектах культурного наследия. Стандарты, разработанные в строительной отрасли, не применимы для реставрации, отмечает заместитель директора по науке компании «Ажио» Алексей Харитонов. Так, если в строительстве «сухие смеси на известковом вяжущем» остались в прошлом, то для реставрации это традиционные материалы. В то же время цемент, широко используемый в строительстве, приводит к деструкции исторической кладки, а потому он не должен применяться при реставрации. Методики составления рецептур реставрационных смесей должны быть научно обоснованными и подкрепленными конкретными требованиями к материалам.

Здания по адресу Невский пр., 114 и 116, где разместился торгово-офисный центр компании "Стокманн"
Здания по адресу Невский пр., 114 и 116, где разместился торгово-офисный центр компании “Стокманн”
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

В отсутствие технического регулирования в реставрационной отрасли между участниками проекта нередко возникают конфликты. «Низкое качество работ, как правило, результат того, что мы вынуждены подчиняться требованиям заказчика в ущерб соблюдению технологии», – говорит Нина Шангина. Для разрешения подобных конфликтов в 2008 году Союз реставраторов СПб создал Третейский суд, а также комиссию по контролю качества. В конце 2015 года сформирован технический совет, члены которого разрабатывают нормативы и научно-методическую документацию в реставрации.

«Комиссия по контролю качества – это хорошо. Но эту тему нужно расширять. Не все проектные, реставрационные компании входят в Союз реставраторов СПб. Тут должен серьезно поработать КГИОП, – считает директор «Архитектурного бюро «Литейная часть-91» Рафаэль Даянов– Бывает, тендеры проводят на подряд, а потом подрядная компания сама проводит конкурс на архитекторов – это абсурд. Появляются компании из самых неожиданных мест, выигрывают тендеры, в том числе на историко-культурную экспертизу. Необходима жесткая система контроля квалификации специалистов».

Почувствовать разницу

Инвестиции в реставрацию памятников культурного наследия традиционно считаются рискованными. Однако наряду с убыточными проектами есть и успешные, когда вложения частного инвестора после продажи объекта возвращаются со значительной прибылью.

Одним из удачных с точки зрения прибыльности и качества работ является проект реставрации особняка купца И. К. Мясникова (ул. Восстания, 45), представляющего собой один из лучших образцов необарокко, рассказал президент ГК «Лапин Энтерпрайз» Алексей Лапин. По его словам, московский инвестор, выкупивший это здание, где долгие годы размещалась больница, в 2006 году взялся за возрождение былой красоты.

К вопросам подготовки высокопрофессиональных мастеров следет подходить на стадии планирования кадрового резерва

Декор здания выполнен из керамики, что по сравнению с лепниной делает проект в разы дороже. Определить керамику может только узкий круг специалистов. Тем не менее заказчик согласился сохранить ценность объекта, провести все восстановительные работы с использованием исторических материалов, подчеркнул Алексей Лапин. Также было решено провести реставрацию сохранившейся позолоты в интерьерах. «Инвестор очень редко идет на это, поскольку проще и дешевле провести золочение заново», – пояснил Алексей Лапин. По его словам, впоследствии заказчик продал особняк и окупил свои вложения вдвое. Теперь там расположен гостиничный комплекс представительского уровня.

Такой же подход был применен при реставрации особняка Тенишевых (Английская наб., 6). В 2000-х это здание было отдано в долгосрочную аренду владельцу фирмы «Якутские алмазы» Роману Абрамовичу, в нем предполагалось разместить представительство Чукотки. «На реставрацию особняка средств не пожалели. Были сохранены дубовые интерьеры, проведены масштабные реставрационные работы, – рассказал Алексей Лапин. – Вместе с тем это оказался и удачный бизнес-проект: при продаже здания Газпрому инвестор получил не менее 50% прибыли».

Увы, есть и неудачные проекты. В качестве такого примера Алексей Лапин напомнил скандальную историю со зданиями по адресу Невский пр., 114 и 116. Эти дома были признаны аварийными и спешно снесены, а на их месте были построены новые, где разместился торгово-офисный центр компании «Стокманн». «Проектная документация была разработана качественно, но в процессе строительства экономили на всем. Через несколько лет лепнина и другие элементы фасада стали падать. Сэкономил ли на этом заказчик? Думаю, было бы дешевле отреставрировать фасад и провести приспособление зданий под комплекс», – считает Алексей Лапин.

Дом Добберта
Дом Добберта (Большая Пушкарская ул., 14)

Бывают и иные риски при реставрации объектов культурного наследия. Опытом взаимодействия с государственным заказчиком в лице комитета по строительству при реставрации дома Добберта (Большая Пушкарская ул., 14) поделился руководитель архитектурной мастерской «Студия 44» Никита Явейн. Это один из немногих сохранившихся памятников деревянного зодчества. Здание включено в состав учебного комплекса Академии танца Бориса Эйфмана, где разместится музейная экспозиция, посвященная истории петербургского балета.

По мнению Никиты Явейна, реставрация проведена на высоком уровне. Удалось сохранить 90% деревянных несущих конструкций и в целом почти 80% исторической отделки, «что бывает довольно редко», заметил архитектор. Для создания максимально точной имитации исторических обоев была разработана специальная технология (шелкография под линкруст).

При этом финансовые итоги проекта оказались плачевными: при сметной стоимости проекта 65 млн рублей его себестоимость достигла 130 млн, таким образом, убытки подрядчиков достигли 65 млн. «Сметная стоимость только проектных работ составляла 6 млн рублей, а себестоимость – 10,5 млн, наши убытки – 4,5 млн», – подвел итоги своего подряда Н. Явейн.

Разумный баланс

К сожалению, желающих инвестировать средства в объекты культурного наследия не много. «На пальцах рук можно пересчитать частных инвесторов, которые занимаются памятниками. Если у компании нет большого запаса прочности, при сложившихся правилах игры это путь к разорению», – утверждает Никита Явейн.

По его мнению, усугубляющим моментом в реставрации является и чрезмерная подробность предметов охраны. «Если их перечислять так детально, как это делается в Санкт-Петербурге: описывается вплоть до фурнитуры на окнах, дверях и т. д., то на доме-памятнике ничего нельзя делать», – считает Никита Явейн. Архитектор уверен, что перечень должен быть не отвлеченный, а компромиссный – под конкретный проект. «В противном случае будет мало желающих взяться за реставрацию и приспособление памятников архитектуры», – предупреждает он.

Отсутствие понятной схемы согласования с контролирующими органами проектов приспособления памятников архитектуры резко увеличивает риски инвестора

Примером такого развития событий можно считать реконструкцию дома Абазы (Зиновьева) на наб. реки Фонтанки, 23. В 2011 году потомки Абазы обращались к президенту РФ, главе Совета Федерации, министру культуры, губернатору Санкт-Петербурга (В. Матвиенко) с просьбой разрешить им отреставрировать дом за свой счет, но эта инициатива осталась без ответа. Нынеш-
ний пользователь здания, ООО «Фонтанка-отель»,­ первоначально намеревался разобрать все конструкции за исключением трех этажей фасадной стены и построить новое здание с подземным паркингом. В 2012 году градозащитники добились включения дома в перечень региональных памятников архитектуры. Это потребовало переработки проекта.

КГИОП одобрил концепцию приспособления здания под гостиницу, предусматривающую сохранение капитальных конструкций лицевого корпуса и надстройку здания, а также снос дворовых флигелей. Градозащитников не устроил и этот проект.

Сложно складывались отношения заказчика и с проектировщиком. Инвестору нужен внятный мастер-план, чтобы знать, сколько номеров будет и какой площади, вместимость ресторана, конференц-зала, парковки и т. д. «Мы не можем гарантировать эти параметры, так как не знаем, в каком виде будет согласован проект, – пояснил Никита Явейн, – поскольку нет понятной схемы прохождения согласования с контролирующими органами. Это резко увеличивает риски инвестора. Кроме этого, экономика таких проектов отрицательная, даже если памятник вам достанется по чисто символической стоимости». В итоге здание на набережной Фонтанки, 23, продолжает разрушаться.

Большая часть предметов охраны, например, в Москве составляется искусствоведами, дополнила государственный эксперт по вопросам ЮНЕСКО Татьяна КудрвцеваПри этом они не учитывают, что правила, в соответствии с которыми строились и эксплуатировались здания в XVIII веке, сейчас неактуальны. «Следует находить золотую середину при приспособлении памятника под новые функции, – подчеркнула она и дополнила: – Нужно воспитывать архитекторов, одновременно работающих в реставрации и приспособлении объектов культурного наследия».

В то же время, заметил Алексей Лапин, благодаря такому жесткому подходу, подробному перечню во многом удалось сохранить исторический центр. «Да, это создает сложности при проектировании и приспособлении. Но если эти тормоза убрать, думаю, мы быстро окажемся в другом городе и покинем список ЮНЕСКО через год», – резюмировал он.

Кира Иванова

В печатной версии название статьи – “Дорогое наследие” (журнал “Строительство и городское хозяйство”, № 163, март, 2016 г.)

Исследование микрорайона

Подборка для Вас

X