жк днепропетровская 37 евродвушка

Строим Добро

Город уходит в небо

В России, как и во всем мире, неизбежно будет нарастать бум высотного строительства. Он способен дать городу новые преимущества, но может и исказить его лицо. Чтобы не проиграть, важно грамотно расставлять высотные акценты, считают специалисты.

НебоскребНечеловеческий масштаб

Несмотря на абсолютно плоский рельеф, Петербург неудержимо тянется к небу. Уже сейчас в рейтинге самых высотных городов России он занимает второе место после Москвы, а после ввода 462-метрового «Лахта-центра» перерастет и столицу.

Мнения о том, хорошо это или плохо, могут расходиться. Но тот факт, что в России, как и во всем мире, тенденция к росту городов по вертикали стремительно набирает обороты, остается лишь констатировать.

По мнению обладателя архитектурных премий, руководителя архитектурного бюро SPEECH Сергея Чобана, проблема в том, что сейчас, наращивая высоту, российский мегаполис отходит от масштаба собственного жителя и становится бесчеловечным. Поэтому вопросы о том, действительно ли городам нужны высотные здания, где их нужно строить и какими они должны быть, все еще остаются открытыми.

«Мне кажется, сегодня это гораздо важнее, чем вопросы инженерного толка – как технически построить небоскреб»,– говорит Сергей Чобан.

Небоскребы прошлого

В таких городах, как Петербург, высота застройки с давних пор находилась под пристальным контролем властей. Известно, что в последней четверти XIX века Николаем I был подписан указ, согласно которому в городе нельзя было возводить частные строения, превосходящие по высоте 23,5-метровый карниз Зимнего дворца.

В Америке в это время уже вовсю строили небоскребы – в них располагали штаб-квартиры крупных промышленных и финансовых корпораций.

Но, как полагает Сергей Чобан, высоту здания нужно оценивать не количеством этажей. Она определяется только соразмерностью конкретного сооружения соседствующей застройке. Тогда получается, что высотное строительство началось задолго до того, как были возведены первые супертоллы.

Петербург
Фото: img-fotki.yandex.ru

Главные здания городов мира – административные, сакральные, а позднее и дома знати – всегда были выше остальных. По такому принципу строились почти все города прошлого.

«Это города европейского типа, – рассказывает Сергей Чобан. – Они не обязательно должны находиться именно в Европе. Но всегда имеют ясную иерархию пространств и высот: от высоты человеческой до высоты «сверхчеловеческой», которая принадлежит в известной степени «сверхчеловеческим» же сооружениям – главным зданиям города».

На фоне рядовой, или «человеческой», застройки десятиметровыми зданиями даже 50-метровая башня выглядит сверхвысокой.

Примером могут служить знаменитые «средневековые небоскребы» итальянского города Сан-Джиминьяно. Здесь для местной знати были выстроены 70 башен высотой до 50 метров. На фоне остальных зданий города они производят впечатление гигантов.

«Особенность небоскреба прошлого, будь то церковная башня, дом богатого горожанина или ратуша, состоит в том, что это всегда доминанта. Это точка притяжения, на которую выходят улицы и обращаются взгляды, которую хочется фотографировать», – подчеркивает Сергей Чобан.

По словам архитектора, это чрезвычайно важная характеристика высотного здания, которую сегодня градостроители потеряли из виду. Высотный дом должен стоять там, где он играет роль доминанты, выступает как градостроительный акцент. Но в наши дни выбор места нередко определяет заказчик, которому кажется, что его экономика пойдет в рост вместе с количеством этажей. Такой подход крайне опасен – он ломает «картинку» города, его структуру и характер.

Оcобый путь

«Высотная башня– это тяжелое лекарство с большими побочными действиями, – подчеркивает Сергей Чобан. – Поэтому ставить его везде, где заблагорассудится, нельзя. В противном случае мы получим совсем другой город. Это будет город американского типа – подобно Гонконгу, Шанхаю или Нью-Йорку. Такой подход тоже возможен, но он должен быть не стихийным, а осознанным, и о нем власти должны открыто объявить общественности».

Когда-то Гонконг был застроен зданиями Викторианской эпохи и являл собой образец типичного европейского города. Лишь в начале XX века здесь появился первый небоскреб. Постепенно в Гонконге оказались снесенными почти все исторические постройки. Они уступили место супертоллам.

Небоскреб
Фото: ms2017.showroom-realty.ru

Сегодня в Гонконге множество небоскребов высотой более 150 м – больше, чем в любом другом мегаполисе планеты. «Но я там не видел ни одного плачущего по старым зданиям горожанина, а в Москве их – батальоны», – говорит Сергей Чобан.

Трудно представить себе, что Петербург тоже постепенно превратится в город американского типа. Достаточно вспомнить, какой силы народный протест был вызван проектом строительства супертолла Газпрома на Охте, там, где он вторгался бы в небесную линию города.

Кстати, эта история воспитала новые «батальоны» градозащитников, готовых отстаивать право на жизнь каждого старинного здания в Петербурге.

«Если судить по отношению европейцев к собственному наследию, можно сказать, что им больше подходит город европейского типа, для которого характерны ясные пространства, доминанты и оси», – считает Сергей Чобан. В связи с этим особенно ценной становится способность российских градостроителей создавать новое, сохраняя старое, отмечает архитектор.

Высота под контролем

В те времена, когда создавался центр Петербурга, зодчие хорошо знали правила «расстановки» высотных градостроительных акцентов. Они были соразмерны объему и значимости пространства. Небольшую улицу мог замыкать, например, дом с красивым выразительным портиком. Длинные широкие проспекты держали пропорциональные высоте застройки вертикальные доминанты.

«Чаще всего в этой роли выступали здания духовного назначения – церкви, соборы, колокольни, прорывавшие горизонталь рядовой застройки и даже дворцов. Это отображало нравственную позицию общества и власти того времени. Значительно реже акцентами становились башни и шпили административных и гражданских зданий города», – говорит архитектор, заместитель генерального директора ЗАО Архитектурное бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры» Михаил Кондиайн.

На центральную башню Адмиралтейства и его шпиль высотой 72,5 м ориентированы три сходящихся луча, образующие основной ансамбль для застройки города на левом берегу Невы. Это Невский проспект, Гороховая улица и Вознесенский проспект. Увенчанная стеклянным глобусом башня дома Зингера, башня городской Думы, Казанский собор – все эти здания входят в число вертикальных доминант Невского проспекта. Крепко «держа» перспективу, они возвышаются над окружающей застройкой и придают ей законченный вид.

«В современном городе принципы градостроительных подходов изменились категорически, – отмечает Михаил Кондиайн. – Средняя этажность зданий выросла. Сейчас в новых районах Петербурга разрешенная высота рядовой застройки 13–14 этажей (40 м), и это ограничение возникло совсем недавно, поскольку нормой стали районы 25-этажных домов. В отличие от прежних времен в роли доминант теперь могут выступать здания любого назначения – главное, чтобы они были выше окружающих домов».

Рост высотности рядовой застройки и, как следствие, доминанты – это одна из причин, по которым рост города ввысь становится неизбежен. Вторая причина – экономическая. Земля в городе становится все дороже, недвижимость должна приносить как можно больше денег, а многоэтажные здания этому способствуют.

«К счастью, правила застройки защищают основные виды центра Петербурга, – подчеркивает Михаил Кондиайн. – За этим в нашем городе внимательно следят. Каждый проект нового здания повышенной этажности тщательно проверяют не только на соответствие высотному регламенту, но и на предмет того, не портят ли они виды центра города».

Гармония контраста

С точки зрения Сергея Чобана, вводя высотные акценты, нужно точно знать, какой рисунок застройки будет получен в результате. При этом высотка, выстроенная вне аналоговой гармонии и созданная совершенно иным языком, чем старая застройка, не может и не должна сочетаться со своим непосредственным окружением, утверждает архитектор.

«Высотный акцент должен с ним контрастировать, – говорит Сергей Чобан. – Сила этого контраста и является одной из примет интереса новой градостроительной мизансцены современного европейского города. В нем высотный дом призван концентрировать на себе внимание, он становится новым центром осей, новой точкой притяжения».

Чтобы высотное здание стало новой точкой притяжения, оно должно быть не только интересным архитектурным объектом. Его следует наделить в том числе функцией общественного пространства. Например, оно может создавать новые видовые точки, открывая человеку возможность по-иному увидеть город.

Эти принципы воплощены, в частности, в одном из самых крупных объектов ММДЦ «Москва-Сити» – комплексе «Федерация», построенном по проекту архитекторов Питера Швагера и Сергея Чобана.

В комплекс входят две разновысотные башни, высотой 340 и 240 м, расположенные на многоуровневом подиуме. Башни объединены 400-метровой стеклянной иглой с панорамными скоростными лифтами, на разных уровнях связанной с башнями стеклянными переходами. Видовые площадки расположены в переходах и на последних этажах, где также находятся панорамные рестораны. В комплексе, помимо офисов, элитных апартаментов и гостиничных номеров, есть и общедоступные объекты: магазины, кафе, рестораны, выставочные залы и т. д.

Похожий принцип лежит в основе устройства первого петербургского небоскреба – «Лахта-центра». Это здание принципиально отличается от остальной застройки окраинных районов Петербурга.

В поражающем своей суперсовременной архитектурой здании будут размещаться не только офисы, но и общественные пространства и общедоступная обзорная площадка на высоте 318 м, с которой будет открываться панорамный вид на город. Вокруг небоскреба планируется обустроить обширную зеленую зону. Он станет градостроительным высотным акцентом всего прилегающего района и города в целом.

«Я считаю, что место, выбранное в итоге для строительства «Лахта-центра», – это вынужденный, но не плохой компромисс, – отмечает Михаил Кондиайн. – Хотя с градостроительной точки зрения было бы правильно, если бы вокруг главного здания появилось еще несколько небоскребов: группа высотных зданий не будет создавать такой конкуренции со шпилем Петропавловки и другими доминантами центра Петербурга, как единичный акцент».

Оксана Ермошина

Другие материалы по теме

X